Nhac Nguyen/AFP via Getty Images

МЕЛЬБУРН. Covid-19 не перестаёт наносить серьёзный урон здоровью населения и трясти мировую экономику структурными шоками. Пандемия уже убила более миллиона человек, а мировой ВВП, согласно оценкам Международного валютного фонда, сократится в 2020 году на 4,4%. Но хотя это может показаться странным, нынешний кризис может открыть перед развивающимся странами путь к повышению уровня экономической самостоятельности.

Причина этого отчасти в том, что основное бремя медицинских последствий пандемии ложится пока что на развитые страны. Во многих развитых странах Запада регистрируется больше случаев заражения и смертей от Covid-19 (относительно размеров их населения), чем в развивающихся странах Глобального Юга, хотя в развитом мире системы здравоохранения намного лучше, а социальная защита намного сильнее. Например, индийская система здравоохранения находится на 112 месте в мире, а американская – на 37-м. Но в Индии на сегодня зарегистрировано примерно 6400 случаев Covid-19 на миллион жителей, а в Америке этот показатель в четыре с лишним раза выше.

Некоторые развивающиеся страны, например, Вьетнам, эффективно боролись с коронавирусом, введя на самых первых этапах пандемии строгие меры тестирования, отслеживания контактов заболевших и карантина. Большинство развитых стран не смогли этого сделать. Даже если допустить вероятность занижения и неточности данных в более бедных странах, сравнительные показатели развитых стран остаются совершенно парадоксальными.

Кроме того, уже начали снижаться объёмы финансирования развития, поскольку богатые страны сфокусировались на работе по восстановлению собственной экономики после пандемии. Согласно оценкам ОЭСР, в 2020 году приток внешнего частного финансирования в развивающиеся страны может уменьшиться на $700 млрд (год к году), что превысит аналогичный показатель после мирового финансового кризиса 2008 года на 60%. По данным Института международных финансов, в одном только марте 2020 года отток портфельных инвестиций нерезидентов из развивающихся стран составил $83,8 млрд. Объём глобальных прямых иностранных инвестиций (ПИИ), по мнению ОЭСР, в этом году снизится как минимум на 30%, причём их приток в развивающиеся страны, вероятно, сократится даже сильнее. Подобные тенденции означают, что перспективы для стран Глобального Юга мрачны, ведь исторически они опирались главным образом на финансовую помощь развитию, которая поступала с Глобального Севера.

Между тем, как показывают исследования, финансовая помощь развитию и гуманитарная помощь не всегда способствуют усилению экономики. Как выяснилось в ходе недавнего опроса ОЭСР, от 48% до 94% респондентов в развивающихся странах не считают, что гуманитарная помощь помогает им обрести экономическую самостоятельность. Люди хотят финансовой автономности, а не бесконечной финансовой помощи.

Дебаты по поводу эффективности помощи развитию ведутся уже давно. Её критики утверждают, что богатые страны пользуются этой помощью как инструментом для эксплуатации ресурсов развивающихся стран и зачастую предоставляют её на таких условиях, которые гарантируют финансовым донорам получение основной части экспортных доходов. Однако из-за своей хаотичной борьбы с пандемией многие развитые страны утратили значительную часть мягкой силы.

Ещё до начала пандемии Covid-19 многие развивающиеся страны искали способы совершить устойчивый переход к экономической самостоятельности, устранив зависимость от помощи развитию. В 2018 году Руанда запретила импорт одежды секонд-хенд, чтобы стимулировать местное текстильное производство и выпускать одежду с более высокой добавленной стоимостью; Америка отреагировала на это отменой беспошлинных экспортных привилегий этой страны. А в прошлом году правительство Великобритании выделило часть своего бюджета помощи развитию, который составляет 14 млрд фунтов стерлингов ($18,5 млрд), на проекты расширения мощностей, которые должны помочь развивающимся странам увеличить объёмы международной торговли и привлечь ПИИ.

Сегодня у развивающихся стран появилось больше возможностей стать экономически самостоятельными. Во-первых, во время пандемии объёмы торговли развивающихся стран Восточной Азии снизились не так резко, как на Западе (по данным Всемирной торговой организации). Основная причина этого в том, что удар по отраслям, выпускающим товары с высокой добавленной стоимостью, во время спада обычно оказывается более сильным. Повышенную устойчивость развивающихся стран, которая объясняется их опорой на производство товаров с низкой добавленной стоимостью, можно наглядно наблюдать на примере вьетнамского сектора текстиля и одежды. Он продолжает работать во время пандемии, и ожидается, что в 2021 году он будет восстанавливаться быстрее, чем региональные конкуренты.

Во-вторых, ключевую роль в постпандемическом восстановлении экономики сыграет дигитализация, поскольку она существенно расширяет электронную торговлю, создавая более справедливое конкурентное игровое поле для производителей во всём мире. Сектор интернет-торговли в Бангладеш в августе вырос на 26% (к августу прошлого года), в других странах Южной Азии наблюдается аналогичный тренд.

В-третьих, как ожидается, медицинская и фармацевтическая отрасли будут процветать в постпандемической экономике, потому что люди стали лучше понимать важность здоровья и фитнеса. Наименее развитые страны могут воспользоваться нормами Всемирной торговой организации и увеличить выпуск лекарств-дженериков, который не ограничивается патентными барьерами.

Наконец, правительства стран Глобального Юга могут мобилизовать внутренние ресурсы для компенсации спада в объёмах внешнего финансирования развития, в частности, изменив свою налоговую политику для получения доходов от быстрорастущей цифровой экономической деятельности. Сегодня в развивающихся странах уровень налоговых доходов (измеряемый как доля ВВП) обычно низок – от 10% до 20%, в то время как в странах с высокими доходами эта цифра составляет 40%. Из-за этого тормозится развитие, поскольку возможности правительств инвестировать в общественные блага – здравоохранение, инфраструктуру, образование – оказываются ограничены.

На пути к экономической самостоятельности развивающиеся страны сталкиваются с целым рядом препятствий, среди которых низкое качество государственного управления, неблагоприятный деловой климат, гражданские конфликты. Но они обязаны покончить с установившейся после 1945 года парадигмой внешнего финансирования развития, которую определяет Глобальный Север и его геополитическая повестка. Слишком долго развивающимся странам приходилось выслушивать лекции от тех, кто думает, будто они что-то знают лучше. Сегодня правительства развивающихся стран должны выработать такую повестку развития, которая будет свободна от условий, навязываемых финансовыми донорами.

Каждый кризис открывает большие возможности, и пандемия Covid-19 не является исключением. Она предлагает развивающимся странам ни больше ни меньше как шанс изобрести себя заново и совершить перезапуск экономики, стряхнув парализующее наследие зависимости от внешней помощи.

Автор: Сайед Мунир Хасру (Syed Munir Khasru) – председатель Института политики, защиты интересов и управления (IPAG), международного аналитического центра с представительствами в Дакке, Дели, Мельбурне, Вене и Дубае.

Источник: Project Syndicate, США