12 июля на границе Азербайджана и Армении вспыхнул с новой силой пограничный конфликт. Это самое серьезное военное обострение между двумя кавказскими государствами за последние четыре года.

Конфликт этот тлеющий, тянется уже не первый десяток лет, а противостояние двух народов со взаимными территориальными, историческими, этнокультурными и прочими претензиями длится не одно столетие. Но речь не об этом.

Нынешний июльский пограничный инцидент, повлекший за собой военную эскалацию и растущее политическое напряжение во всем Кавказском регионе, происходит в трехстах километрах от другого, широко известного, спорного региона на границе Армении и Азербайджана – Нагорно-Карабахского Автономного округа, бывшего некогда в составе Азербайджана, а теперь являющийся самопровозглашённой Нагорно-Карабахской Республикой.

Ничего не напоминает? Да все тот же Донбасс. Те же яйца, только сбоку. Есть сходные мотивы: исторические связи, один этнос (это необязательно), сохранение языка и культуры, что возможно только в составе прародины, и прочая подобная риторика.

А что в итоге? Танки, «ополченцы», стенка на стенку, этнические и/или политические чистки на оккупированных территориях и т.д. и т.п. Мы все это проходили по истории в школе,  наблюдали по телеку в Африке, Абхазии, Приднестровье, Югославии. Теперь вот видим воочию на Донбассе.

Как и Донбасский конфликт, армяно-азербайджанский относится к числу «тлеющих». Горячие фазы сменяют временное затишье с непоследовательной цикличностью. И всякий раз нельзя заранее предугадать, во что выльется очередной виток военного противостояния. В случае Азербайджана с Арменией возможно новое перемирие. По Донбассу ничего не можем утверждать однозначно.

Если взять Нагорный Карабах, обретший свой нынешний самопровозглашённый статус благодаря негласной военно-технической и другой помощи Армении и России, то становится очевидным, почему Армения в международных организациях придерживается исключительно российской трактовки событий на Донбассе. Российское присутствие в ОРДЛО зеркально отражает армянское в Нагорном Карабахе. Идентичная форма, идентичный сценарий реализации конфликта. Почти полностью идентичные переговорные позиции. Для Армении осуждение российской агрессии на востоке Украины может иметь непредсказуемые последствия. Может, например, обернуться потерей российской помощи в Карабахе, что приведет к нарушению баланса сил в регионе в пользу Азербайджана.

В Украине чересчур носятся с термином «гибридная война», упирая на то, что, дескать, это невиданно и неслыханно, поэтому так трудно подобрать ключик к заветному ларчику мира.

Как гласит старая мудрая истина, Nil novi sub luna, то бишь, ничто не ново под луной.

Существует много разных определений понятия «гибридная война». На мой взгляд, все попытки дать какую-либо однозначную трактовку обречены на провал. Нет никакой гибридной войны. Нет и не было. Любую войну можно назвать гибридной. Любую, где есть иностранные наемники, военно-техническая и прочая помощь другого государства без объявления войны. Советское военно-техническое участие в Египте, Сирии, во Вьетнаме, Анголе, Мали, Мозамбике и других странах, поддержка местных партизанских движений по всему миру. США и их союзники в Афганистане в 1980-е годы (во времена советской оккупации этой страны). Таких примеров можно навести еще очень много.

Однако, суть дела это не меняет. Гибридный, не гибридный, симметричный или асимметричный – есть военный конфликт, а все дополнительные факторы (такие, как иностранные военные специалисты, секретные/полусекретные/открытые поставки оружия повстанцам/агентам спецслужб/наемникам) не являются определяющими для нового названия.

Да и не в названии дело.

Так называемая «гибридная война» на самом деле является обычной войной. Вот только гражданской ее зачастую назвать трудно. Особенно там, где прямое участие населения оккупированных территорий в боевых действиях минимальное, зато число наемников, представителей армейских и прочих спецслужб других враждебных государств превышает численность этого самого гражданского населения, «освобожденного» оккупантами.

Украина имела уникальную возможность наблюдать за развитием событий во многих горячих точках мира и бывшего СССР, и даже участвовала в переговорном процессе по урегулированию некоторых из них. Возможно, стоит повнимательнее изучить материалы переговорных таких контактных групп (особенно успешных) для выработки собственной твердой и последовательной позиции на переговорах по Донбассу. Долгожданной позиции. И тогда  мы перестанем топтаться вокруг тупикового «Минска». «Минск» отпадет сам собой. Будет предложен совершенно новый формат переговоров, состав участников, цели, задачи, сроки выполнения.

Я часто представляю себе Украину как некую страну невыученных уроков. Аграрный сектор конечно важен для государства, но не настолько, чтобы постоянно демонстративно наступать на те же грабли. Все еще можно исправить. Вот  только времени на это отпущено все меньше и меньше. А на раскачку нет вовсе. Время «эффекта велосипедного сарая» (закон тривиальности Паркинсона: «Время, потраченное на обсуждение пункта, обратно пропорционально рассматриваемой сумме») давно вышло. Очень давно.

И это было. И это пройдет. Надо смотреть дальше, надо делать больше. Отсидеться не получиться.

Пантелеймон Майборода

 

 

попередня статтяКатастрофа MH17. Шесть лет после трагедии. Будет ли Россия наказана?
наступна статтяІсторія з МН17, що не завершилася…