Суд отпустил на свободу Муртузали Меджидова — сына экс-премьера Дагестана. Его обвиняли в убийстве студентки МГИМО 21-летней Томирис Байсафа. Подозревали, Меджидов «выбросил» девушку в окно. Но коллегия присяжных сочла парня невиновным.

Трагедия разыгралась весной 2018 года в здании элитного Московского государственного института международных отношений. По словам очевидцев, между студенткой четвертого курса, гражданкой Казахстана Томирис Байсафа, и ее одногруппником Муртузали Меджидовым во время перемены произошла ссора. Выяснение отношение проходило без посторонних — Муртузали подпер дверь аудитории стулом. Во время «разговора» девушка выпала из четвертого этажа и скончалась в больнице.

Мать погибшей, стилист из Астаны Жанна Ахметова, исключила суицид.

«Моя дочь — студентка одного из лучших вузов мира, красавица и спортсменка, готовящаяся поступать в магистратуру, купившая платье на выпускной и с кучей планов на будущее, не страдала от неразделенной любви. У неё в комнате стоял не выключенный комп с дипломной работой, были планы на вечер этой злополучной пятницы», — написала в соцсетях она.

Выяснилось, у Муртузали и Томирис был роман. Пара встречалась два года. По утверждениям однокурсников, во время их спора из-за двери доносились крики и звуки, похожие на удары. Это и послужило основанием для подозрений, что девушку намеренно вытолкнули из окна.

К удивлению родственников погибшей, в отношении Меджидова возбудили дело лишь «о доведении до самоубийства», которое вскоре закрыли. Родственники обратились за поддержкой к президенту Казахстана Касым-Жомарту Токаеву. Тогда материалы передали в центральный аппарат Следственного комитета России. Меджидова задержали по обвинению в убийстве, но, как оказалось — не надолго.

По словам Жанны Ахметовой, вина Меджидова полностью доказана следствием. Установлено, что погибшая девушка отчаянно боролась у окна. Отдельные травмы она получила еще до падения.

Тем не менее, к суду привлекли липовых экспертов, доказывают, будто Байсафа была «больна», подозреваемого поддерживает администрация МГИМО. Суд «крайне поддерживает сторону Меджидова» — удовлетворяет ходатайства стороны подозреваемого и отклоняет замечания стороны погибшей, отмечает мать.

«Каждый раз выхожу из зала суда как из ада», — призналась Жанна Ахметова.

Родители погибшей — достаточно известные в Казахстане люди. Но семья подозреваемого имеет куда более весомый статус в России.

Муртузали Меджидов — сын бывшего председателя правительства Дагестана Мухтара Муртузалиевича Меджидова. В молодости Меджидов был отличником Пограничных войск КГБ СССР. Пять лет тому он возглавил совет директоров московского оборонного предприятия «Дукс», выступающего основным производителем российских авиационных ракет класса воздух-воздух Р-73. Меджидов-старший давно включен в российскую элиту и тесно связан со спецслужбами РФ.

Дело Меджидова получило громкий резонанс в России, а еще более — в Казахстане. Особенно то, что касается обсуждения в социальных сетях, пользователи которых, как правило, принимали сторону семьи погибшей.

К сожалению, исход судебного разбирательства оказался ожидаемым для России. Оправдание Меджидова-младшего отражает реальность российской судебной системы, защищающей представителей власть имущих, несмотря ни на какие обстоятельства.

Как говорит о российских судах известный писатель Захар Прилепин, отметившийся работой в криминальной журналистике, «в них бывает разное…». Есть примеры и справедливого суда, особенно где нет политики или грязных денег, отмечает он.

То есть помышлять о справедливом суде в России практически не приходится. Потому что «политика и деньги» присутствуют в любом резонансном процессе.

Фундаментальная монография «Российские судьи: социологическое исследование профессии» констатирует, что 9 из 10 российских судей убеждены, что не обязаны даже комментировать свои решения. А мнение общества волнует лишь каждого третьего судью.

«Сложилась модель, где судья — это профессиональный бюрократ государственной корпорации. Главное — воля начальства», — отмечает издание «Проект.медиа», специализирующееся на расследованиях, в частности по результатам судебных решений.

Российские силовики беспрепятственно заходят во все судейские кабинеты. Централизованно судей курирует Управление «М» ФСБ. Председатели суда отвечают за работу нижестоящих судей. «Все это порождает характер крепостничества», жаловался бывший сочинский судья Дмитрий Новиков.

Особенно показательным стал «кейс» пранкера Сергея Давыдова, несколько лет звонившего судьям Пермского края и записывавшего разговоры. Представляясь высокопоставленным лицом, шутник давал указания судьям по конкретным делам. В итоге 8 судей из 18 выполнили его «распоряжения».

И пусть вас не вводит в заблуждение присяжные, оправдавший подозреваемого в убийстве студентки. Общественная среда довлеет над ними не менее, чем над судьями и прокурорами. Ведь присяжные такие же винтики устоявшихся социальных отношений, как и остальные участники «правовой системы». Их бестолковая роль прекрасно отражена в произведениях российских классиков. В частности — в романе Льва Толстого «Воскресенье»: «Выходило, по решению присяжных, что не воровала, не грабила, а вместе с тем отравила человека без всякой видимой цели».

Не удивительно, что граждане России по сравнению с другими жителями стран Восточной Европы существенно реже обращаются с жалобами в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). Правовая культура и доверие к судам никогда не были сильной стороной российского общества.

Семён Шевченко