Издание «The New York Times» со ссылкой на источники в органах безопасности Германии сообщило, что Алексей Навальный планирует вернуться в Россию и продолжить свою политическую деятельность. Так же российский оппозиционер во время беседы с представителем прокуратуры ФРГ выразил свое категорическое несогласие участвовать в расследовании своего отравления, если в нем будет участвовать Россия.

Известно, что Алексея Навального отравили 20 августа во время перелета из Томска в Москву запрещенным химическим оружием «Новичок». Сторонники оппозиционера утверждали, что его отравили из-за политической деятельности. Российские врачи версию с отравлением неоднократно опровергали. В качестве возможного диагноза они называли нарушение обмена веществ, которое могло произойти из-за резкого падения сахара в крови.

В начале сентября власти Германии заявили, что эксперты нашли в его организме следы вещества из группы «Новичок». Этим нервнопаралитическим ядом, по версии Великобритании, в 2018 году были отравлены в Солсбери бывший сотрудник российской разведки Сергей Скрипаль и его дочь Юлия.

8 сентября Министры иностранных дел стан G7 в совместном заявлении призвали Россию срочно прояснить, кто несёт ответственность за инцидент с отравлением.

9 сентября немецкое издание Die Zeit со ссылкой на анонимные источники сообщило, что Алексей Навальный был отравлен новейшим типом боевого отравляющего вещества «Новичок» – более медленным по воздействию, чем уже известный прототип, но более опасным. Журналисты отметили, что новый яд не могли синтезировать в каких-либо других условиях, кроме лабораторий спецслужб, из чего делают вывод, что операцию с его использованием могла провести только российские спецслужбы.

14 сентября правительство Германии сообщило, что выводы немецких экспертов об отравлении Навального «Новичком» подтвердили специалисты из Франции и Швеции, которые получили образцы биоматериалов политика. В этот же день Эммануэль Макрон в телефонной беседе с Путиным заявил, что Франция разделяет выводы ЕС об отравлении Навального веществом из группы «Новичок». На что российский президент заявил в ответ о неуместности голословных, по его словам, обвинений в адрес российского руководства.

Очевидно, по мере прояснения всей картины вокруг покушения на физическое устранение оппозиционного политика, реакция Европы будет принимать более конкретные очертания. Равно как и уход Кремля в «глухую оборону» и полное отрицание своей вины.

Следует также обратить внимание на то, NYT со ссылкой на сотрудника немецкой службы безопасности также сообщает, что канцлер ФРГ Ангела Меркель, которая «обычно разговаривает с президентом России Путиным по телефону не реже одного раза в неделю, не общалась с ним с момента отравления Навального». Это достаточно тревожный для России сигнал, поскольку Германия является проводником в Европе экономических и политических вопросов, имеющих для Путина стратегическое значение. Утрата последних точек взаимодействия с Берлином может обернуться для Москвы настоящей катастрофой. Если Германия станет инициатором нового пакета санкций, его поддержка Евросоюзом практически гарантирована.

NYT также пишет о том, что из-за отравления российского оппозиционера немецкие власти сейчас рассматривают возможность введения против России различных санкций – от заморозки активов до запрета на въезд в Германию отдельных лиц.

Возможно санкционный пакет будет дополнен предложениями от других членов ЕС. Один из высокопоставленных представителей германских спецслужб, участвующий в этих дискуссиях, заявил: «мы хотим, чтобы это был европейский режим санкций, демонстрирующий, что речь идет о наших ценностях в ситуации, когда отравлен ведущий оппозиционный политик».

Не исключено также, что Германия воспользуется фактом отравления для «тактичного» выхода из проекта «Северный поток – 2», то есть не под давлением США.

Поведение России в этом инциденте традиционно. Российские власти отрицают факт отравления Алексея Навального. Кремль настаивает на своей версии, согласно которой до отправки в немецкую клинику Charite следов ядов в организме политика обнаружено не было.

Очевидно, что Москва также, как и в расследовании катастрофы малазийского Боинга рейса МН17, пытается создать условия влиять на ход следствия по отравлению оппозиционера с целью исказить и дискредитировать его результаты. Однако категорическое несогласие Навального сотрудничать со следствием при участии России, оставляет кремлевской власти единственный вариант – игру фейками в информационном поле с акцентом на вину Запада и безосновательность обвинений в свой адрес.

Отравление может стать мощнейшим дестабилизирующим фактором не только во внутренней, но и во внешней политике России. Пристальное внимание к действиям Кремля на белорусском направлении значительно сузит Путину поле для маневров, а в перспективе может привести к еще большему усилению санкций.

Таким образом путинский режим рискует окончательно превратиться в мирового изгоя и общепризнанного террориста.

Дмитрий Тор