Станция допинг-контроля во время Олимпийских игр 2014 года в Сочи. Фотография: Хендрик Шмидт / EPA

Внешность человека, сидящего напротив меня, скрыта. Мы разговариваем по скайпу. Я нахожусь у себя дома недалеко от Лондона, а доктор Григорий Родченков находится в неизвестном месте где-то в Америке, под круглосуточной охраной вооруженных агентов ФБР. Как у него дела? «Я живу хорошо. У меня очень хорошее настроение», — отвечает он. Мне кажется, он улыбается. Но сказать это наверняка трудно, поскольку его лицо скрыто под черным шарфом и темными очками…

Атмосфера таинственности вокруг нашего интервью может показаться несколько преувеличенной. Но лишь пока вы не вспомните, что убийцы, выполняющие поручения Владимира Путина, пытаются установить тайное местонахождение Родченкова, чтобы уничтожить его, как изменника, предавшего государство. У президента России длинный список врагов. Но Родченков — самый значительный разоблачитель допинговой схемы в спорте XXI века — вероятно, находится во главе этого списка.

Родченков был директором московского «Антидопингового центра». Название этой суперлаборатории в корне неверное. Как рассказывает Родченков в своих захватывающих мемуарах «Дело Родченкова», он руководил российской допинг-программой. Чтобы помочь своей стране одержать победу, он разработал беспрецедентный допинг-коктейль. В его состав входили три анаболических стероида, обнаружить которые было практически невозможно. Спортсмены потягивали его, смешивая с виски «Чивас Ригал Роял Салют» или вермутом.

Осуществлявшаяся при поддержке российского государства допинговая операция была очень сложной, все ее детали отрабатывались многие годы. И весьма успешно. Москва путем фальсификаций завоевывала медали на международных соревнованиях. Среди этих соревнований была и лондонская Олимпиада 2012 года, «самая грязная в истории», по словам Родченкова. Своего апогея мошеннические действия и фальсификации достигли на зимних Олимпийских играх 2014 года в Сочи, которые принимал Путин и которые стали «звездным часом», символом патриотической гордости.

Насколько об этом было известно российскому президенту? По словам Родченкова, президент знал многое. «Он знал об этой операции. Да, его регулярно информировали», — говорит он. После каждого допингового «эпизода» к президенту приходил министр спорта Российской Федерации Виталий Мутко — известный верный сторонник — и информировал его. Обычно Путин спрашивал у Мутко, есть ли у того просьбы, нужна ли помощь. «Роль государства абсолютно ясна», — говорит Родченков.

В годы холодной войны применение допинга было широко распространено во всех странах социалистического лагеря. Родченков вспоминает, как в 1981 году, будучи многообещающим студентом-спортсменом, он впервые принял препараты-стимуляторы, повышающие физические характеристики, сидя на диване в своей московской квартире. Его мать, врач, ввела ему в правую ягодицу стероид «Ретаболил». «Этот препарат действовал опьяняюще. Я чувствовал, как моя большая ягодичная мышца, самая сильная мышца в теле спортсмена-бегуна, наполняется энергией», — пишет он.

Родченков изучал химию в Московском государственном университете. В середине 1980-х годов он устроился на работу в советский антидопинговый центр. Там он добился успеха по службе и возглавил организацию, «потеснив» своего начальника. Родченков признается, что за время работы он скрывал сотни положительных результатов на наличие допинга в пробах российских спортсменов и спортсменок, многие из которых были звездами. По его словам, он согласовывал эту программу с кремлевскими политиками и высокопоставленными спортивными чиновниками.

В политике, чтобы представить Россию как великую державу, Путин, как президент, действовал решительно. Но в спорте дела обстояли не так хорошо. В 2010 году он расстроился из-за того, что на Зимних Олимпийских играх в Ванкувере сборная России выступила неудачно, завоевав всего три золотые медали. Спорт и идеология неразрывно связаны, и в преддверии сочинских Игр Путин отдал приказ в срочном порядке повысить достижения России, говорит Родченков.

Я спрашиваю Родченкова, как следует относиться к результатам лондонской Олимпиады? Тогда они казались фантастическими. Теперь благодаря его разоблачениям мы знаем, что в российской команде была почти сплошная фальсификация. Родченков признает, что игры были исключительно грязными, и отчасти винит в этом «плохую работу по анализу проб» в британской антидопинговой лаборатории в Харлоу, Эссекс. По его словам, специалисты лаборатории не смогли обнаружить 126 случаев применения допинга, в том числе 82 случаев — в легкой атлетике.

К началу Олимпиады в Сочи Москва довела свою допинговую операцию до головокружительного уровня. Родченков говорит, что Путин привлек к участию в ней сотрудников ФСБ, секретной спецслужбы, которую он когда-то возглавлял. Группу сотрудников ФСБ тайно внедрили в группу допинг-контроля, которой руководил Родченков. Тайные агенты совершили чудесный прорыв: они выяснили, как вскрывать защищенные от взлома пробирки, используемые при проведении анализа проб мочи. Появилась возможность менять положительные пробы на чистые.

Родченков сравнивает закулисную драму в Сочи с триллером. «Это был Ян Флеминг! Это был Джеймс Бонд номер два!», — говорит он с некоторой гордостью. Его лаборатория усовершенствовала то, что он называет «системой подмены». В преддверии Игр российские олимпийцы сдавали чистые пробы мочи. Эти пробы старательно хранили. А потом спортсмены пили сильнодействующий коктейль Родченкова — особенно те, кто был постарше, кому это было нужнее.

В Сочи, в специально построенной лаборатории, куда после каждого соревнования поступали пробы мочи олимпийских спортсменов, помощник Родченкова Юрий Чижов просверлил в стене небольшое отверстие. Это было в комнате № 125, которая находилась рядом с комнатой № 124, где сотрудники ФСБ держали в холодильнике заранее подготовленные чистые пробы мочи. Поздно ночью, после поступления проб мочи спортсменов, ученые и тайные агенты обменивались пробирками. «Это было безупречно организованное мошенничество, — вспоминает Родченков. — Камер наблюдения там не было». Западные инспекторы из системы антидопингового контроля, которые время от времени заглядывали в помещение, ничего плохого не замечали, отверстие выглядело как неисправная электрическая розетка. «Они были невероятно наивны. Они были не в состоянии понять или оценить масштабы нашей лжи и махинаций», — говорит он мне. Всю операцию курировал офицер ФСБ Евгений Блохин, переодетый в «ничего не подозревавшего» сантехника. Родченков называет Блохина «настоящим рядовым исполнителем» из провинции, который «выполнял приказы». А российских спортсменов, участвовавших в мошенничестве, он называет мошенниками, которые знали, что делают. Они знали, что государственные льготы, положенные олимпийским чемпионам, зависят от того, будут ли они молчать. И большинство из них молчали.

Меня давно интересует, чем руководствуются те, кто работает на теневое государство Путина: зачем это делать? В период с 2007 по 2011 годы работники ФСБ подобно небольшому взводу призраков неоднократно проникали в мою квартиру, когда я работал в Москве корреспондентом газет The Guardian и The Observer. Родченков знает ФСБ. Он говорит, что туда приходят работать «очень разные» люди. По его словам, существует соперничество между московскими фээсбэшниками и представителями влиятельной группы из Санкт-Петербурга, родного города Путина. «Некоторые люди являются патриотами, — говорит он. — Они все еще одержимы ленинскими идеями. Другие считают себя джеймсами бондами. А некоторые из них — воры, мошенники и подонки. Им просто нужны деньги». По его словам, Блохин ничего не знал о допинге, когда его направили в Сочи для участия в операции под кодовым названием «Результат». Он быстро научился и стал участником того, что Родченков называет «нашими махинациями».

К концу Олимпийских игр Родченков был совершенно измотан. Он перехитрил Всемирное антидопинговое агентство ВАДА, Путин вручил ему Орден Дружбы. Однако в 2015 году у него начались проблемы. Немецкая телекомпания ARD обвинила его в том, что он руководил массовой допинг-программой. И ВАДА вспомнило о сочинских пробах, из-за чего лаборатории Родченкова пришлось избавиться от пробирок с положительными пробами, выбросив их на свалку, расположенную в 30 километрах от Москвы.

Родченков понял, что его положение было теперь крайне опасным. В ноябре 2015 года он принял судьбоносное решение бежать из России. Он упаковал сумку с жестким диском со своего компьютера — доказательством преступлений Кремля. Он прилетел в Лос-Анджелес и остановился у режиссера Брайана Фогеля (Bryan Fogel), снявшего об этом деле документальный фильм «Икар» (Icarus), который впоследствии получил премию «Оскар». Через месяц после приезда в США Родченков признался перед камерой во всем — во лжи, в сокрытии, в том, какую роль играло в этом всемогущее государство.

Сейчас, почти пять лет спустя, Родченков говорит, что сделал правильный выбор. Он говорит, что очень скучает по своей семье — жене Веронике, детям Василию и Марине, которые остались в Москве с собакой. Они отсиживаются на даче в пригороде столицы, пытаясь «спрятаться» от коронавируса. «Они разумные люди. Они понимают, что гораздо лучше, если я не окажусь в могиле рядом с Никитой». Никита — это Никита Камаев, заместитель Родченкова. Вскоре после того, как Родченков бежал в Калифорнию, было найдено тело Камаева, умершего при загадочных обстоятельствах. В том же месяце умер Вячеслав Синев — еще один коллега Родченкова и спортивный чиновник. Родченков считает, что обоих убили. «Никита писал книгу. Я сказал ему не делать этого», — говорит он. Он считает, что агенты ФСБ убили Камаева, сделав ему «незаметную прививку».

Родченков говорит, что писать «книгу откровений» ему было легко. Подростком в советские времена он написал 44 тетрадей дневников. Первую часть «Дела Родченкова» он написал сразу же после приезда в Америку. Сообщив о кремлевской допинговой схеме, Родченков начал скрываться, неоднократно меняя местонахождение. Он написал так много, что ему пришлось «варить, запаривать и смешивать» рукопись. Он так шутит, пользуясь лексикой специалиста по приготовлению допинга.

Он расцвечивает свои мемуары цитатами из Джорджа Оруэлла (George Orwell), который, по его словам, понимал лживую природу московской власти. «Обман, ложь и запреты имеют основополагающее значение для политической жизни в России», — отмечает Родченков. Он является поклонником творчества Филдинга, Диккенса и Теккерея, а также Вальтера Скотта и Айрис Мердок. Он любит и русских великих писателей и поэтов — Лермонтова, Пушкина, Гоголя, Толстого и Достоевского, а также Иосифа Бродского и Даниила Хармса.

Разумеется, Путин отрицает, что Россия совершала какие-то противозаконные действия. Он говорит, что Россия стала жертвой заговора лицемерного Запада, возглавляемого Вашингтоном и Лондоном. Но мало кого за пределами России ему удалось в этом убедить. Непосредственным результатом разоблачений Родченкова стало отстранение Олимпийского комитета России от участия в мировом спорте. Международный олимпийский комитет (МОК) отступил от этого решения и разрешил некоторым российским спортсменам участвовать в Олимпийских играх 2016 года в Рио-де-Жанейро и 2018 года в Пхенчхане.

В настоящее время Москва обжалует четырехлетний запрет на участие в крупных международных спортивных мероприятиях. Пока неясно, примет ли российская команда участие в перенесенных на следующее лето Олимпийских играх в Токио или в зимних Олимпийских играх в Пекине в 2022 году. Не похоже, что Кремль готов признать совершение незаконных действий. Зато, по словам Родченкова, Россия в прошлом году удалила всю свою базу данных с результатами допинг-тестов, предоставив ВАДА сфальсифицированную версию, из которой убраны данные о нежелательных результатах.

На родине российские государственные СМИ изображают Родченкова мошенником и лжецом, продавшим свою Родину за 30 сребреников. Родченков считает себя разоблачителем, слишком поздно сообщившим о том, что произошло. Возможно, прошло какое-то время, прежде чем в нем заговорила совесть, но в конечном итоге он все-таки встал на сторону справедливости и прозрачности, сообщив миру о противозаконных деяниях, совершаемых патологически лживым режимом в галактических масштабах.

Он заканчивает свою книгу словами: «Я счастлив, что, наконец, нахожусь на стороне истины». Это замечательное чувство, но Родченков прекрасно понимает, какой ценой ему может обойтись его нравственная позиция. По его словам, Кремль при возможности убьет его: «Такова суровая реальность. Мне было страшно всего два-три дня. Я знаю, что это никогда не закончится, — говорит он — даже когда Путин умрет».

Автор: Люк Хардинг (Luke Harding)

Источник: The Guardian, Великобритания